Алексей Демьянчук

По окончании второго курса, согласно учебному плану, неотвратимо, как рок, приходила пора топонимической практики. Правда, заботливый деканат не забывал и об обязательной колхозно-совхозной барщине, которую почему-то несли все институты, университеты, академии и прочие учреждения, и тем обязательнее несли, чем меньшее отношение имели к сельскому хозяйству. И доценты, и профессора (и, говорят, даже член-корры) покорно и безропотно, как скотина в гурту, ездили полоть капустные материки, дёргать, тихонько сквернословя, морковку, и, едва выдирая ноги из грязи, бегать за трактором, собирая озябшими руками вывороченную на поверхность картошку. Уж если такие люди!.. С нашим же братом не церемонились вовсе. До практики ли, после неё, но делу строительства коммунизма приходилось отдавать своё.

В тот год, однако, наука опередила на полноздри барщину, и сразу после экзаменов, едва успев перевести дух, мы предстали пред светлые очи кафедры русского языка на инструктаж, спешную консультацию и благословение на учёный подвиг.

...а когда я писал эти строки о друзьях моей студенческой юности, какой-то облезлый настырно заглядывал мне через плечо, дышал в ухо нафталином и недовольно крякал. Мне вдруг ужасно захотелось обернуться и оскорбить его действием, но он, опередив меня, махнул шляпой на отлёт и представился бывшим студентом, и даже с ИФФ, и даже с Ленина-49.

Страница 1 из 2

Дополнительная информация